Иерусалимская Антология
Иерусалимский журнал №36, 2010

Игорь Губерман

ИЗ ВОСЬМОГО ДНЕВНИКА *

*   *   *

Блажен, кому дано проснуться
до петушиных кукареков
и блядству мира ужаснуться
первее спящих человеков.

*   *   *

Но если крикнет Русь святая:
«Вернись, тебя я награжу!»,
то я, душою сладко тая, –
«Избави Господи» скажу.

*   *   *

Подобные слепым несчастным нищим,
вокруг себя руками жалко водим;
не в том беда, что смысла в жизни ищем,
а в том беда, что изредка находим.

*   *   *

Вчера во время шумной вечеринки
подумал я, бутылку наклоня,
что скучными получатся поминки
по мне из-за отсутствия меня.

*   *   *

Я подлинный, наверно, литератор,
поскольку никакая не богема,
а рьяный и тупой эксплуататор
загадочно доставшегося гена.

*   *   *

Чтобы смешной не быть фигурой
среди людской душевной стужи,
мы все припудрены культурой,
но кто – внутри, а кто – снаружи.

*   *   *

Легко творит во мне вино
не ощущение, а знание,
что я не с веком заодно,
а с кем-то из ушедших ранее.

*   *   *

Недаром я пою хвалу Творцу:
такие сочинил он организмы,
что в душу могут нужному лицу
втереться через дырочку для клизмы.

*   *   *

Сократ, поднимающий чашу с цикутой,
легко завершающей трудные годы,
весьма наслаждался, наверно, минутой
последней, уже совершенной свободы.

*   *   *

На жизненной дороге этой длинной,
уже возле последнего вокзала,
душа опять становится невинной,
поскольку напрочь память отказала.

*   *   *

Во мне ещё мерцает Божья искра
и крепок ум, как мышцы у гимнаста,
я всё соображаю очень быстро,
но только, к сожалению, – не часто.

*   *   *

На пути к окончательной истине
мы не плачем, не стонем, не ноем,
наши зубы мы некогда чистили,
а теперь мы под краном их моем.

*   *   *

Заслышав тон высокопарный,
я отвожу глаза с тоской,
и молча корчится базарный,
вульгарный дух мой шутовской.

*   *   *

Хоть выжил ты, пройдя сквозь ад –
ещё года хрипишь угарно,
а как оглянешься назад –
зло было дьявольски бездарно.

*   *   *

Всё, что имел, я сжёг дотла,
и дар шута исчез.
«Его печаль ещё светла?» –
спросил у беса бес.

*   *   *

Шуршанье шин во тьме слышней,
и жизнь во тьме видней былая,
я ночью думаю о ней,
за всё простить себя желая.

*   *   *

В кумирах и святынях разуверясь,
отчаявшись постигнуть и понять,
любую погубительную ересь
готовы мы восторженно принять.

*   *   *

На самом деле древние пророки,
от Бога получая вдохновение,
не только осуждали в нас пороки,
но также и несли благословение.

*   *   *

Нас как бы днём работа ни ломала,
но к ночи отпущение дано;
в реальности свободы очень мало,
а в выпивке её полным-полно.

*   *   *

Хотя болит изношенное тело,
мне всё-таки неслыханно везёт:
моя душа настолько очерствела,
что совесть её больше не грызёт.

*   *   *

Я это давно от кого-то услышал,
и сам убедился не раз:
несчастья на нас насылаются свыше,
а счастье – зависит от нас.

*   *   *

Я много в этой жизни понял важного,
угрюмы и черны мои зрачки,
но свято уважаю право каждого
на розовые мутные очки.

*   *   *

Текут последние года,
и мне становится видней:
смерть не торопится туда,
где насмехаются над ней.

*   *   *

В мире этом, зыбком и суровом,
тихо мы бормочем, как умеем:
лучше быть богатым и здоровым,
чем больным, чем нищим, чем евреем.

*   *   *

Создал Бог наше мягкое место
с неким свойством, весьма интересным:
это место легко, как известно,
прирастает к начальственным креслам.

*   *   *

Евреи непрерывно что-то роют,
их замыслы и помыслы неясны,
и всякому заржавленному строю
они весьма поэтому опасны.

*   *   *

Глухое, тёмное, подвальное
во мне есть чувство чисто личное:
мне одиночество буквальное
куда милее, чем публичное.

*   *   *

По части разных персей и ланит
немало было всяческого фарта.
Теперь мой организм себя хранит
и ленью защищает от азарта.

*   *   *

Очнись, поэт, и Богу внемли,
учись у предков, иудей,
и, обходя моря и земли,
морочь доверчивых людей.

*   *   *

Мне забавно жить на свете –
даже сидя дома:
в голове то свищет ветер,
то шуршит солома.

*   *   *

Напрасно языком я не треплю,
мою горячность время не остудит,
ещё я с кем угодно пересплю,
пускай только никто меня не будит.

*   *   *

Бог даровал мне ощущение
намного разума сильней:
во мне от жизни восхищение
острей, чем ужас перед ней.

*   *   *

Уже я в Израиле полностью, весь,
душой и умом совокупно,
исполнена смысла судьба моя здесь,
но это словам недоступно.

* Новая книга писателя «Восьмой иерусалимский дневник» запланирована к выходу в свет в издательстве  «Библиотека Иерусалимского Журнала» в 2011 году.